The leading CEO forum for pharmaceutical producers, distributors and retailers in Russia

11 - 12 November 2020

Corinthia Saint-Petersburg Hotel

Клинические исследования в России: барьер или залог качества?

Published on 24 December 2019 by Anna Andriyanova

photo

Как известно, клинические исследования невозможны без соответствующего разрешения Минздрава. Разрешения на проведение КИ выдаются на основе заключений его экспертных органов – Совета по этике и ФГБУ «Научный центр экспертизы средств медицинского применения».

 

Доля положительных исходов рассмотрений Совета по этике за последний год (2-е полугодие 2018 и 1-е полугодие 2019) подросла и составила 62,6% против 46,9% годом ранее, но также выросла и доля полученных отказов – 6,8%.  

 

Как отмечают в АОКИ, сложность прохождения экспертизы неодинакова для протоколов различных терапевтических областей. В Совете по этике больше всего отказов получают заявки на исследования в психиатрии (41,7%), а эксперты ФГБУ «Научный центр экспертизы средств медицинского применения» выносят непропорционально много критичных замечаний протоколам в области инфекционных заболеваний (64,3%). Оба органа могут без предварительного уведомления поднять нижнюю возрастную границу потенциальных участников КИ.

 

Подавляющее число проблем на этапе подачи заявления на проведение КИ связано с представлением GMP-сертификата, выданного «уполномоченным органом страны производителям лекарственного препарата», так как не во всех странах подобный документ существует. Впрочем, выход из положения найти можно, предоставив иные свидетельства, подтверждающие надлежащее качество производства, отмечают  в АОКИ. Прямых потерь на этом этапе немного.

 

Значительно труднее получить одобрение проведения КИ с первого раза в педиатрической  популяции – здесь одобрений на 16-25% меньше (в зависимости от экспертного органа), чем для взрослой популяции.

 

Труднее всего получить разрешение на КИ в области психиатрии, за последний год (2-е полугодие 2018 г. и 1-е полугодие 2019 г.) Советом по этике было отклонено 5 из 12 заявлений – самый высокий показатель из всех терапевтических областей. Легче всего – в нефрологии и пульмонологии, там все заявки были одобрены с первого раза, но и самих заявок было меньше всего. Больше всего заявок на КИ в указанный период было по онкологии (69), 57% из них получили одобрение с первого раза.

 

Как тут не вспомнить нашумевшую историю с контрафактными препаратами от эпилепсии, незарегистрированными в России – диазепамом и клобазамом, которые родителям больных детей приходилось покупать незаконно через интернет на зарубежных сайтах.

В АОКИ считают, что эта резонансная ситуация сложилась из-за административных барьеров, требующих проводить регистрационные исследования для ранее уже одобренных препаратов. Так, клобазам уже был зарегистрирован в России, но срок его регистрации истек и не был продлен производителем. «Вполне естественно, что фармкомпания может отказаться от регистрации, если рынок для препарата внутри страны не настолько велик, чтобы оправдать затраты на дополнительные исследования», — комментируют в АОКИ. Выводы, которые российские власти сделали из этой ситуации, дают надежду: в настоящее время парламентарии разрабатывают законопроект, который позволит регистрировать в России по упрощенной схеме инновационные препараты, ранее успешно прошедшие испытания в других странах.  

 

Как рассказала Adam Smith Conferences глава евразийского подразделения фармацевтической компании «Босналек» Валентина Бучнева, многие их препараты были зарегистрированы в России еще до вступления в силу закона об обязательном проведении КИ для регистрации в стране лекарственных средств зарубежного происхождения.

 

«Мы прекрасно понимаем, что государство заинтересовано в том, чтобы лекарства, реализуемые на его территории, имели заявленные характеристики, — отметила она. — Но есть моменты, которые, на мой взгляд, все же нуждаются в дополнительном регулировании».

 

Первая сложность касается непрозрачности самой процедуры, которая описана в 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств». Согласно закону, для производителей лекарств предусмотрена возможность научного консультирования по вопросам, связанным с проведением доклинических и клинических исследований, экспертизой качества, эффективности и безопасности и с дальнейшей регистрацией ЛС. Однако не прописана схема реализации на практике, процедуру нельзя назвать понятной и прозрачной для всех участников процесса.

 

Кроме того, по мнению В. Бучневой, в России недостаточно экспертов необходимой квалификации. «Согласно п.7 ст. 38 61-ФЗ, клинические исследования могут проводиться только в учреждениях здравоохранения, аккредитованных на данный вид деятельности. Но из всего количества аккредитованных центров реально функционируют только около половины, — отметила эксперт. — Из более чем 6 тыс. аккредитованных испытательных лабораторий всего 11 отвечают требованиям надлежащей лабораторной практики (GLP). Кроме того, согласно тому же закону, главный исследователь должен иметь стаж работы по программам клинических исследований лекарственных препаратов не менее чем три года - таких специалистов в России мало. Все это вынуждает производителей лекарств направлять биообразцы за рубеж, что ведет к существенному удорожанию исследования».

 

В большинстве стран партии лекарственных препаратов, предназначенные для клинических исследований, не облагаются таможенными пошлинами и налогами, т.к. поставляются для безвозмездного использования участниками исследований за счет фармацевтических компаний. В России же к партиям лекарственных средств для клинических исследований, в том числе содержащих плацебо, применяется ставка НДС 10%. Это также влияет на стоимость регистрации препаратов, а значит, на их рыночную цену и на доступность для населения.

«Проведение клинических исследований в России более затратно для производителей по сравнению с аналогичной процедурой в ряде других стран. При этом гранты исследователей в России существенно выше, что далеко не всегда коррелирует с их профессиональными компетенциями», — полагает В. Бучнева.

 

Ожидается, что вступление в действие единых правил регистрации лекарств в рамках ЕАЭС в 2020 году упростит процедуру регистрации лекарств. В соответствии с Правилами проведения исследований биоэквивалентности лекарственных препаратов в рамках Евразийского экономического союза, при выборе референтного ЛП возможно использовать оригинальный лекарственный препарат, зарегистрированный в государстве, с уровнем требований к регулированию фармацевтического рынка не ниже уровня, установленного в Союзе. «У нас использовать в исследовании биоэквивалентности референтный препарат, незарегистрированный в России, невозможно, хотя это могло бы существенно упростить весь процесс», — посетовала эксперт.

 

С начала 2021 года фармпроизводители будут обязаны регистрировать свою продукцию только по союзным требованиям. В 2019 г. стартовал приём документов на регистрацию препаратов по правилам ЕАЭС – в настоящее время на рассмотрении находятся 41 регистрационное досье.

 

В РФ структура и содержание регдосье на препарат определяются федеральным законом, приказами Минздрава и государственной фармакопеей РФ, а также есть различные рекомендации, не имеющие официального статуса, отметила  заместитель директора Центра экспертизы и контроля лекарственных средств  ФГБУ «Научный центр экспертизы средств медицинского применения» МЗ РФ Елена Ковалева. «Процедура регистрации лекарств в ЕАЭС и в РФ имеет различия: не предусмотрено включение фармсубстанций для реализации в отдельный реестр, признается легитимность сертификата соответствия европейской фармакопеи. Пока нет утвержденных фармакопейных требований ЕАЭС, заявитель должен ориентироваться на фармакопею референтного государства». 

 

Во всем мире растет спрос на орфанные препараты, что в свою очередь подстегивает разработку их дженериков. Как правило, это дает огромную экономию бюджету здравоохранения. В России стоимость любого оригинального препарата в среднем в четыре раза выше стоимости дженерика. В разработке дженерика орфанного препарата во главу угла встает исследование биоэквивалентности, чтобы обосновать замену оригинального препарата генерическим. Только на основании такого исследования можно гарантировать, что дженерик полностью повторяет оригинальный препарат.

 

Как рассказала доцент кафедры общей и клинической фармакологии РУДН Ольга Бутранова, в 2018 году объем реализации орфанных препаратов в упаковках вырос на 12% в сравнении с предыдущим, что соответствует общемировой тенденции. «В мире этот рынок ежегодно будет расти более чем на 11%, и к 2022 году орфанные препараты займут примерно 20% от всего рынка брендированных ЛС, — отметила она. — Рост продаж брендированных препаратов в целом происходит вдвое меньшими темпами (5,3% в год)».

В России рынок орфанных препаратов начал регулироваться с 2011 г., после того как в ФЗ-323 появился раздел об орфанных заболеваниях. По данным эксперта, в РФ около 17 тыс. человек являются потребителями орфанных ЛС и носителями порядка 200 нозологий. «Стоимость таких препаратов в среднем в 25 раз выше стоимости неорфанных лекарств, — отметила О. Бутранова. — В последние годы наблюдается тенденция снижения стоимости разработки орфанных препаратов, в отличие от неорфанных, включая доклинические и клинические исследования».

 

В России есть специфические сложности проведения КИ в детской популяции, что четко прослеживается и в аналитических данных, приведенных выше. Это в свою очередь затрудняет доступность эффективного лечения для детей.

 

Локальные КИ являются барьером на пути препаратов, успешно прошедших международные клинические испытания, констатируют представители пациентских сообществ и эксперты фармотрасли. Они неоднократно выражали надежды на отмену таких испытаний как обязательного условия для регистрации препарата в России. О проработке таких инициатив неоднократно сообщалось в прессе, но на сегодняшний день локальные КИ в России остаются обязательными для доступа на рынок.

 

Екатерина Куминова для Adam Smith Conferences

Please log in to leave a comment

There are no comments yet